Company Logo

Реклама

.....

Где-то на Новой Земле

Подпишись!

на обновления сайта через

 

по e-mail


Читайте еще

Выполняя долг

Сегодня, когда я пишу эти строки, многие знают, что на ядерном полигоне острова Новая Земля, до моратория 1991 года, было произведено 132 ядерных взрыва (1 надземный, 3 подводных, 83 воздушных, 3 надводных, 42 подземных).

Суммарная мощность всех ядерных взрывов, произведенных на Новой Земле, по энерговыделению составила 94% от всех ядерных взрывов, произведенных на территории нашего государства. Пик по количеству проведенных испытаний приходится на 1961 год (27 ядерных взрывов) и 1962 год (36 ядерных взрывов).

 

Читая книги воспоминаний о службе на Новой Земле, столкнулся с тем, что во многих воспоминаниях новоземельцев совершенно не отражена роль 32-й ОБКРСП (отдельной бригады кораблей специального назначения). Поэтому попытаюсь восполнить это и немного рассказать о деятельности личного состава бригады, которой мне довелось командовать.


Бригада, с местом базирования на Новой Земле, была центрального подчинения ГШ ВМФ, а оперативно подчинялась штабу Северного флота. Задачи бригады были определены целым рядом документов ГШ ВМФ, 6-го управления ВМФ и штаба СФ; на память назову некоторые из них: Обеспечение жизнедеятельности полигона, Охрана зоны ответственности от Карских ворот до о. Диксон, Обеспечение испытаний, Перевозка личного состава и строителей в необходимые пункты полигона, Выполнение мероприятий по планам Совета министров, ГШ ВМФ.

 

Капитан 1-го ранга М.А. Крук

Дата рождения: 16.01.1924 г.

Место рождения: г. Одесса


Награды:

Ордена -Трудового Красного Знамени, «Отечественной войны 1-й и 2-й степеней, Красной Звезды, «Знак Почета», Адмирала Кузнецова 2-й степени; 42 медали.


Служба на Новой Земле:

1962—1965гг. — командир 32-й бригады кораблей специального обеспечения.

 

Служить на Новую землю я попал совершенно неожиданно. В апреле 1962 года на Черноморском флоте работала инспекция Главного штаба ВМФ под руководством главнокомандующего. На разборе итогов по работе инспекции, которую проводил главком ВМФ — адмирал Флота Советского Союза С.Г. Горшков, бригаде, которой я командовал, была дана положительная оценка. Поэтому был удивлен, получив приглашение начальника управления кадров ВМФ контр-адмирала М.И. Антонова прибыть на беседу к ГК ВМФ. М.И. Антонов сказал мне, что на следующий день меня вызовет главком и предложит новое место службы, и пред-упредил меня, чтобы я не вздумал отказаться, у нашего главкома золотое правило — дважды не предлагает. На следующий день, в 9.00, я был приглашен в кабинет командующего Черноморским флотом адмирала С.Е. Чурсина, где состоялась моя встреча с главкомом. Первый вопрос ГК ВМФ: «Что Вы знаете о Новой Земле и Центральном полигоне ВМФ?» — «Немного, только из разговоров служивших там, в первую очередь, офицеров», — ответил я. — «Нам нужен опытный моряк, который бы возглавил 32-ю бригаду кораблей специального назначения с большим объемом задач по обеспечению жизнедеятельности полигона. Хотим пред-ложить эту должность Вам». Я ответил, что готов служить там, куда назначат. «Раз так, все остальное объяснит начальник управления кадров ВМФ» — ответил ГК ВМФ, аудиенция длилась недолго, около 20 минут.


Решение было принято, и все начало делаться для его реализации: за два дня прошел медкомиссию и был признан годным для службы на Крайнем Севере. Начальник отдела кадров КЧФ В.И. Иванов позвонил мне и сказал, чтобы в течение недели я сдал дела командира БПЛ новому командиру и готовился отбыть в Москву.

 

Не буду перечислять всех формальностей перед отправкой на Новую Землю непосредственно в войсковую часть 77510. Это и беседа в организационном отделе ЦК КПСС, и встреча с начальником 6-го управления ВМФ адмиралом Фоминым. В конце апреля я прибыл на Новую Землю. В течение трех дней принял бригаду. Штаб, политотдел были полностью укомплектованы опытными и, как мне показалось на первый взгляд, хорошо подготовленными офицерами. Начальник штаба — капитан 2-го ранга Абаныпин, начальник политотдела — капитан 1-го ранга Бушин, командиры дивизионов помогли в короткий срок войти в курс дел и состояние бригады. Нужно отметить, что я принял хорошее соединение с хорошо отработанной организацией службы.

 


Первое время жил на плавбазе «Эмба». Бригада готовилась к обеспечению летнего завоза с Большой Земли продуктов и различного материального обеспечения. Хотелось находиться рядом с кораблями в порту. Впоследствии выделили жилье на берегу в двухкомнатной квартире, где жил начальник штаба полигона контр-адмирал Стерладкин, мой старый сослуживец по Потийской ВМБ.


Почитав справочники и послушав рассказы сослуживцев понял, что Новая Земля — это архипелаг в Северном Ледовитом океане, состоящий из двух больших островов — Северного и Южного, разделенных проливом Маточкин Шар. Протяженность пролива составляет 107 километров, ширина 1,5-2,0 километра. С ян-варя по май месяцы пролив покрыт льдом толщиной до полутора метров. Острова расположены в Арктическом Бассейне между двух морей Баренцевым (теплым) и Карским (холодным). Южная оконечность Новой Земли — мыс Меньшикова находиться на широте 70 град. 30 мин. северной широты, северная часть — мыс Желания на широте 77 град, северной широты.


По своему географическому расположению острова являются природным фронтальным разделом между морями, которые оказывают существенное влияние на климат. На климат Новой Земли влияние оказывают факторы:

  • долгая Полярная ночь, и малое количество солнечного тепла, выделяемое в летнее время;
  • воздействие Нордкапской ветви теплого течения Гольфстрим;
  • активная циклоническая деятельность (зимой 8-10 циклонов ежемесячно, летом от 5 до 7 циклонов).


Начало моей службы в качестве командира бригады совпало со сменой командования полигона. На смену генералу Кудрявцеву прибыл контр-адмирал Евгений Павлович Збрицкий. Принимались энергичные меры по строительству новых жилых домов и учреждений, но на полигоне еще были добротные деревянные одноэтажные дома в которых жили люди или размещались необходимые учреждения.


После проведения в 1962 году серии воздушных, подводных и надводных ядерных испытаний началась труднейшая работа по подготовке к подземным ядерным испытаниям, нагрузка на бригаду значительно возросла. Запомнилось несколько эпизодов, связанных с работой кораблей и судов бригады по обеспечению подготовки к предстоящим специальным работам.


Первый эпизод — это доставка оборудования, необходимых стройматериалов и горнорабочих к выбранному месту строительства подземных сооружений в пролив Маточкин Шар. В состав бригады входил дизель-электроход «Байкал» (ОС-ЗО) командир капитан 3-го ранга Г.А. Мец, которым предстояло доставить две с половиной тысячи кубов леса из Игарки. Для меня этот поход был очень важен, хотелось лучше узнать участок Северного морского пути и пройти по Енисею с постоянным изменением судового хода. Только местные лоцманы хорошо знают коварство низовьев Енисея. При подходе к Енисейскому заливу на борт прибыли два лоцмана, которые обеспечили переход к причалу порта Игарка.

 

Город произвел впечатление, что все подчинено лесопромышленному комплексу. Курение разрешалось только в специально отведенных местах. Нарушение этого требования строго каралось. На период навигации в городе действовал «сухой закон». Погрузка лесоматериалов была хорошо организована. Каргоплан, составленный с помощью маркшейдера, строго выполнялся. Сложность заключалась в том, что ОС-ЗО не был приспособлен для перевозки леса, неправильное размещение груза влияло на остойчивость корабля. Но все было выполнено, загрузка закончилась. Обратный путь до Енисейского залива вели лоцманы. Ледовая обстановка в Карском и Баренцевом морях была благоприятная, и груз был доставлен без особых трудностей.


Второй эпизод связан с «ОС-ЗО». Генштабом МО СССР была поставлена задача: на 76-й параллели в паковом льду выставить акустический барьер на пути АПЛ США к нашим берегам. Наука разработала и соорудила 12 единиц ледовых гидроакустических буев типа Л ГАС (ледовая, гидроакустическая система). На ОС- ЗО в корме было оборудовано устройство для постановки буев. Приняв их на борт в количестве 12 штук, вышли из Таллинна в заданный район. Переход к месту постановки буев прошел относительно спокойно, без серьезных вводных. С приходом в назначенный район начали постановку; тут начались трудности. Паковый лед представлял собой плотную застывшую шугу, которая сильно осложняла маневрирование. При постановке 10-го буя появилась сильная вибрация винта, застопорили ход. Для осмотра гребного винта спустили с кормы водолаза. Им было обнаружено повреждение одной из трех лопастей винта, одна треть лопасти откололась при ударе о лед, корабль лишился хода. О случившемся я доложил на ЦКП ВМФ. Требовалась помощь ледокола. ОД ЦКП сообщил, что доложено о случившемся начальнику ГШ ВМФ. Пришел ответ, что свободных ледоколов нет. «Красин», прошедший ремонт и модернизацию в Германии, будет готов через неделю. Устройство гребного винта, отлитого из особо прочного чугуна, позволяло менять лопасти на ступице. У нас было три запасных лопасти. Вопрос встал, как это сделать, находясь в море? Собрался целый корабельный консилиум из флагманского механика и корабельных специалистов электромеханической специальности. Подняли чертежи корабля. Пришли к выводу, что для проведения ремонта по замене лопасти необходимо создать дифферент на нос 15—18 градусов, тогда ступица винта выйдет из воды. Проведенными расчетами установили, что нужно в носовую часть корабля принять 100—150 тонн воды. Но в носовые балластные цистерны можно было принять только 10 тонн, поэтому решили использовать дополнительно как балластную цистерну трюм № 2. Срочно очистили его от находящегося там имущества. Помимо штатного отопления соорудили четыре змеевика, которые подключили к системе отопления. Это было сделано для того, чтобы вода в трюме не замерзла. Приняв воду в трюм, создали дифферент 15 градусов — ступица винта полностью вышла из воды. Для удобства работы по замене поврежденной лопасти сделали специальную площадку из досок. Каждая лопасть весит 350 кг. Решили и эту проблему с помощью талей. В это время, в разгар работ, меня вызвал на связь начальник ГШ ВМФ адмирал Н.Д. Сергеев. Я доложил, что принимаю меры по замене поврежденной лопасти. Николай Дмитриевич высказал сомнение в успехе. Я отказался от помощи ледокола. Работа шла довольно успешно, хотя снять лопасть было очень сложно, использовали все возможные способы, в конце концов, освободили ступицу. Важно было не повредить болты, на которые насаживается лопасть. Люди работали без отдыха, хотя я приказным порядком заставлял отдыхать. На следующие сутки доложил на ЦКП ГШ ВМФ об окончании работ.


Пробные обороты линии вала показали, что поломка устранена качественно, вибрации линии вала не было. Откачав воду из трюма, поставили корабль на ровный киль и продолжили постановку оставшихся двух буев. Об окончании работ и проверке работы системы доложил на ЦКП ГШ ВМФ. Я был вызван на связь с начальником ГШ ВМФ адмиралом Н.Д. Сергеевым. От имени главкома он передал благодарность личному составу и приказал подать главкому список на поощрение отличившихся матросов и старшин, срочно оформив проведенную работу как рацпредложение по замене поврежденной лопасти своими силами.


Во время работ не обошлось без забавного случая. В район стоянки ОС-ЗО пришла белая медведица с двумя медвежатами и с интересом наблюдала за кораблем. Корабельный фотограф решил снять поближе белое семейство — сошел на лед и попытался подойти поближе. Медведице это явно не понравилось, и она пустилась за фотографом, который еле успел добежать до спущенного трапа, а вахтенный срочно его поднял. Медведица остановилась у поднятого трапа. Зная, что под кормой работают люди, я приказал вахтенному очередями из автомата в воздух отогнать ее от корабля, но ни в коем случае не стрелять в медведицу. Она отреагировала, мелкой трусцой побежала к медвежатам, с укором оборачиваясь на корабль, и вся троица удалилась. Закончив работу, без всяких трудностей вернулись в базу на Новую Землю. Не успели дать личному составу нормально отдохнуть, как получили приказание ГШ ВМФ срочно следовать к проливу Вельницкого, где застрял караван судов, следующий на восток, так как ледокол, который вел караван, вышел из строя. ОС-ЗО успешно выполнил и эту задачу.

 

Третий эпизодпроизошел в ноябре 1963 года. Буксир МБ-146 с баржей, на которой перевозился артиллерийский боезапас для 100-мм орудий Б-13 по плану обороны базы (одна батарея в районе Белушьей губы, вторая — в районе Карма- кул), подал сигнал бедствия (SOS). В море (шторм 6—7 баллов) началось обледенение судов. Командиром войсковой части контр-адмиралом Е.П. Збрицким мне было приказано выйти на спасателе для оказания помощи. Спасательный буксир мощностью 2000 л.с. — надежное спасательное судно. Один недостаток — из-за малой осадки и большой остойчивости качка на волне очень сильная, что тяжело сказывается на личном составе. Только вышли из бухты в море — качка проявила себя сразу. Большинство личного состава по-настоящему укачалось. На основных постах связи, РТС и механизмов, обеспечивающих движение вахта держалась.


Район поиска терпящих бедствие судов был довольно большой. По расчетам штурмана, миль 15—12 нам следовало идти ходом 8—10 узлов (увеличить ход было невозможно). После 3-часового поиска обнаружили буксир с баржей. Подошли ближе, бросательным концом подали свой буксир на МБ-146 и повели к Колгуеву острову. Под прикрытием берега начали ликвидацию сильного обледенения на буксире и барже. Люди на кораблях получили возможность отдохнуть от изнуряющей качки, принять пищу. Произвели доклад ОД Северного флота и начальнику полигона, принимаемые мною действия были одобрены. Закончив борьбу с обледенением, взяли курс на базу, куда благополучно прибыли к началу торжественного собрания в честь 7-го ноября.


Четвертый эпизод связан с одной из сложных и серьезных задач для бригады кораблей специального назначения — обеспечением работ Сибирского отделения академии наук. Президент академии академик М.А. Лавреньтьев лично руководил испытаниями. После окончания открытых испытаний встал вопрос о вывозе вооружения и средств, участвовавших в испытаниях. Проведение специальной обработки оборудования позволило отправить все средства на Большую Землю. Для доставки техники и оборудования был назначен ОС-ЗО. Погрузка была очень сложной: не вся техника входила в трюмы и твиндеки; самую тяжелую технику (танки, бронетранспортеры, боевые машины пехоты) пришлось размещать на верхней палубе. Особое внимание было обращено на крепление, т.к. погода не обещала спокойного перехода. Технику следовало доставить в Североморск и выгрузить в Большой Окольной губе у глубоководного причала.

 

 

Получено разрешение на переход, прогноз погоды неплохой, море 3—4 балла. Вышли из Белушьей, проверили, насколько надежно закреплен палубный груз. Качка терпимая, амплитуда бортовой качки 5—7 градусов, дали ход 14 узлов. Прошли траверз о. Колгуев, ветер начал крепчать (6—7 баллов), волна тоже начала увеличиваться. Ход уменьшили до 12 узлов. Закрепленная техника держится надежно. Погода ухудшается, проходим траверз Гремихи, получаю телеграмму от НШ КСФ адмирала Г.М. Егорова: «Комбригу срочно следовать в район Терибер- ки, оказать помощь танкеру «Терек» и ВТР-26. Доложил начальнику штаба, что поворот на обратный курс сопряжен с опасностью, тяжелая техника находится на верхней палубе. Получаю подтверждение указания. Обстановка: море 6—7 баллов, ветер 8 баллов. Командир ОС-ЗО капитан 3-го ранга ГА. Мец, опытный моряк, несколько лет командует кораблем, хорошо им управляет, но и он был озадачен, как выполнить задание.


Выполняя полученное указание, начали совершать поворот для следования в район Гремихи, при повороте, когда корабль стал лагом к волне, крен увеличился и достигал 30—35 градусов. Крепления трех танков и двух БТРов не выдержали, и они сместились к левому борту, что вызвало появление статического крена на левый борт 15—18 градусов. С таким креном взяли курс на танкер «Терек» и ВТР- 26, которые были обнаружены РЛС и затем визуально. Капитан танкера «Терек» доложил, что лопнул буксир на ВТР-26, который не имеет хода. Волна не дает возможности подойти ближе. Все проводники, поданные на ВТР-26 линиметом, не достигли цели. Так как ВТР-26 без хода и его дрейфует, подошел с наветренной стороны. «Терек» приблизился к ВТР. С ОС-ЗО с помощью линемета подали концы — один на ВТР и второй на танкер, таким же образом подали капроновый проводник на оба судна, прикрывая ВТР от волны и ветра, до подачи буксира и его закрепления. Танкер дал ход, буксир сработал, и ВТР и танкер последовали в Мурманск. Убедившись, что у них все нормально, с огромным трудом легли на обратный курс. Следовать дальше в шторм со статическим креном было опасно. Запросил разрешение зайти в Гремиху и береговыми кранами поставить технику на место. Разрешение получил. Личный состав базы оказал помощь. В течение 5—6 часов все установили на места и продолжили переход в Североморск. В дальнейшем все прошло без замечаний.


Пятый эпизод. Особым вниманием ГШ ВМФ пользовалась организация базирования подводных лодок на специально построенном причале. Для проверки систем жизнеобеспечения причала в состав бригады был включен дивизион ПЛ (командир дивизиона капитан 1-го ранга Соколов) и две подводные лодки — 629пр. и 611пр. (командиры капитаны 2-го ранга Косов и Игнатов). За период навигации базирование ПЛ было отработано. Лодки отрабатывали курсовые задачи и осваивали условия базирования. Задача была успешно выполнена, работа штаба и командование бригады получили хорошую оценку.


У восточного побережья Южного острова Новой Земли несколько лет назад английский лесовоз «Бералина» в сильный шторм был выброшен на отмель. На нем находилась деловая древесина, которую он вез из Игарки. Экипаж смогли спасти, а лесовоз снять с мели не получилось. Судовладелец, видимо, смирился с потерей судна, т.к. он получил страховку. Была поставлена задача снять лес для нужд полигона. Эту задачу личный состав бригады тоже выполнил успешно.


Шестой эпизод произошел в середине 1963 года. Я был вызван в штаб КСФ. Начальник штаба адмирал Г.М. Егоров вручил мне запечатанный конверт и устно поставил задачу: следовать в Северодвинск на судостроительный завод, принять для буксировки в Карское море реакторный отсек АПЛ К-19, который после аварии на лодке был вырезан и заменен новым, а К-19 продолжила службу в ВМФ.


Вырезанный отсек прошел полную программу дезактивации, активная масса была выгружена, были наварены носовая и кормовая конечности, что придало отсеку водоизмещением 3,5 тыс. тонн возможность буксировки, были заведены две буксирные браги из 45-мм стального троса. Однако незначительный радиаци-онный фон все же остался. Были выделены два буксира-спасателя и СКР, на котором разместился походный штаб, сформированный из личного состава бригады: флагманский штурман — начальник походного штаба, флагмех, флагсвязист, начальник службы радиационной безопасности. В состав отряда вошел катер ра-диационного контроля (разведки), флот выделил силы для авиаразведки в районе Карских Ворот и акватории по пути перехода. Провели тщательную проверку отсека. О готовности к переходу доложил НШ КФС и получил «добро» на переход. Конверт, врученный мне НШ флота, я должен был вскрыть в Карских Воротах, там была указана широта и долгота места затопления отсека.


Начали движение: скорость буксировки 8—10 узлов, буксиры тянут отсек «цугом», погода благоприятствует переходу. Регулярно получаю информацию о ледовой обстановке по пути следования и в Карских Воротах, где наблюдалось скопление битого льда крупных размеров. При подходе к Карским Воротам даю команду на головной буксир: уменьшить скорость буксировки, исключить опасность столкновения отсека с плавающими льдинами. На СКР увеличили скорость, чтобы самим убедиться, что со льдом в Карских воротах обстановка непростая, льда много. Вернулся к буксировщикам; капитан головного буксира, старший по буксировке, докладывает, что скорость снизили до 5—6 узлов, больше уменьшить не могут, т.к. возникнет опасность намотать на винт буксирный трос.


Перед входом в Карские Ворота я дал команду одному буксиру перейти к корме отсека и на коротком буксире удерживать отсек на курсе. Эта операция заняла немного времени. Продолжили движение в Карских Воротах. Вскрыл конверт, определил курс в точку затопления отсека. И все же не удалось избежать столк-новения с крупной льдиной; носовая оконечность получила пробоину, и образовался дифферент на нос 5—8 градусов. Застопорили ход, принял решение заварить пробоину 1,5—2 м. Материал был, сварщики — водолазы опытные, а то, что небольшой фон есть, начальник СРВ полковник медицинской службы сказал, что ничего страшного: дадим по стакану спирта, все нуклиды выйдут. Работа заняла 4 часа, заварили пробоину, дали воздух, продули носовую оконечность, отсек встал на ровный киль. Продолжили буксировку, до точки осталось 60 миль. О случившемся доложил после устранения, раньше не стал докладывать т.к. КП базы задергал бы указаниями и рекомендациями, а я это уже проходил. Дальнейший путь был пройден без особых сложностей, хотя лед был, но чистой воды было больше. Прибыв в точку, дважды определили место — глубина 23 м. Отдали буксирные тросы. Буксиры подошли с обоих бортов и удерживали отсек на месте. Я дал команду открыть клапаны вентиляции и кингстоны, и отсек начал плавное погружение. По контрольному концу определили, что отсек на грунте. Спустили со спасателя двух водолазов для осмотра. Доложили, что отсек лег на грунт ровно, необходимости использовать гидромониторы для более плотной прокладки отсека не требуется. Замерили радиационный фон — выброса не было, фон на уровне нормы. Доложил на КП штаба КСФ об окончании операции. НШ флота Г.М. Егоров поблагодарил всех участников операции. Буксирам дал разрешение следовать к постоянному месту базирования, катеру радиационной разведки была поставлена задача в течение недели следить за радиационной обстановкой в месте затопления отсека АПЛ.

Эсминец НАСТОЙЧИВЫЙ пр.56, Северный флот, 1963 г.


Седьмой, последний эпизод тоже интересен своей необычностью. В марте 1963 года Правительство СССР объявило о разрешительном проходе иностранных судов Северным морским путем, но с обязательной лоцманской проводкой нашими лоцманами. В сентябре меня вызвал ОД ЦКП ВМФ на связь и передал, что в Баренцево море из США прибыл военный ледокол (Nord Wind) «Северный ветер». Цель его неясна, необходимо обеспечить исключение захода его в наши территориальные воды. Северному флоту даны указания о выделении дополнительных сил. На 32-ю бригаду возложена эта задача. Крейсер «Мурманск» поставил у о. Диксон, в Карских воротах, два сторожевых корабля СКР-42пр., у западного входа в Маточкин Шар — два тральщика. Указание главкома: «Принять все меры вплоть до тарана, но не допустить ледокол в наши территориальные воды». Из Североморска прибыл эсминец 56-го проекта с командиром бригады Е.И. Волобуевым. «Прибыл в твое распоряжение», — говорит Евгений Иванович. Все корабли доложили о занятии мест. Мы на ЭМ будем вести непосредственное слежение. Евгений Иванович говорит, что взял из Североморска досмотровую группу пограничников. Пришлось объяснять, что это лишнее, ледокол военный и пользуется экстерриториальностью согласно Морскому международному праву и досмотру не подлежит. Дальнейшие действия ледокола были контролировались нами полностью. Он маневрировал на грани нарушения границы тервод, но, не доходя 1,5—2 мили, отворачивал в сторону открытого моря. Получили от него по международному своду сигналов, что он прибыл для работы в Карском море на 14 дней, где будет изучать гидрологию моря. После этого сообщения ледокол резко повернул на север, в сторону мыса Желания, для выхода в Карское море, не нарушая границы. Нам за ним следовать было невозможно, так как в том районе был лед, и бронзовые винты ЭМ могли выйти из строя. Поняв его маневр, я принял решение следовать проливом Маточкин Шар и встретить ледокол у восточного входа в пролив. Мы вышли в Карское море значительно раньше ледокола. В море льда не было. Обнаружив ледокол, сблизились с ним на 6—8 кабельтовых и продолжили слежение. Получаю от командира ледокола по УКВ приглашение на коктейль, вежливо отказался, объяснив, что занят работой по своему плану. Ледокол начал с кормы опускать гидробазу, причем освещал свою работу прожектором. Так две недели мы находились в 6—8 кабельтовых от него. Закончив работу, получили от командира сообщение по радио: «Работы закончил, возвращаюсь домой, благодарю за приятное совместное плавание». Мы также пожелали ему счастливого плавания. Так закончилась двухнедельная трепка нервов. Доложил на ЦКП ВМФ и получил разрешение свернуть операцию и вернуть корабли к месту постоянного базирования.


Как видно из моих воспоминаний, корабельный состав бригады решал различные задачи на полигоне, делал это вполне профессионально, несмотря на трудные погодные условия Арктики.

 

Глава из книги В.С. Ярыгина "Новоземельцы"

Реклама

.....

Погода на Новой






Яндекс.Метрика

 

Rambler's Top100

Рейтинг Mail.ru

Каталог webplus.info

200stran.ru: показано число посетителей за сегодня, онлайн, из каждой страны и за всё время

Яндекс цитирования

 

Реклама

.....


Катамараном на Новую Землю Поддержите наш сайт Новая Земля — военная земля

2011-2019 © newlander home studio