Промысел морского зверя

Подробности

Категория: Справочник охотника-полярника

Добыча морского зверя в арктической зоне имеет существенное хозяйственное значение. Получаемая при этом продукция — шкуры, жир, мясо — представляет большую цен ность. Шкуры морского зверя — это товарное кожевенное и меховое сырье; кроме того, население Севера широко использует их для различных хозяйственных нужд (на пошивку обуви, поделку упряжи и т. п.). Жир, извлекаемый при разделке туш и обезжиривании шкур, идет на переработку для технических целей, а также находит широкое применение в хозяйстве полярников. Мясо частично употребляется в пищу коренным населением, но главным образом идет в корм ездовым собакам. Основные объекты промысла в нашей полярной зоне ластоногие: гренландский тюлень, морж, нерпа, морской заяц (лахтак), а из китообразных — белуха.

Промысел морского зверя в Арктике подразделяется на судовой и береговой. В широких масштабах морского зверя добывают со специальных зверобойных судов и ледоколов и с целых флотилий парусно-моторных ботов, с участием крупных и хорошо организованных партий промышленников-профессионалов. Такой промысел ведут специальные государственные организации, а также крупные промысловые колхозы. Основная добыча — гренландский тюлень и белуха; до последнего времени промышляли и моржа. Нерпу и лахтака при судовом промысле добывают лишь попутно.

Продолжение. Начало — Полярные промыслы

Местное население и полярники ведут береговой промысел на ледяном припае и в узкой прибрежной полосе открытого моря — со шлюпок, байдарок и каяков. Добывают главным образом нерпу, лахтака и моржа, частично — белуху и гренландского тюленя.

В соответствии с задачей нашей книги мы не останавливаемся на судовом промысле морского зверя, а опишем лишь так называемый малый, или береговой промысел, доступный населению арктического побережья и островов.

Обыкновенная, или кольчатая нерпа.

Нерпа — широко распространенный в прибрежных водах всей полярной зоны типичный представитель семейства настоящих тюленей, отряда ластоногих. Длина тела взрослого зверя обычно не превышает полутора метров, а вес — 60-70 кг. Это самый мелкий из всex ластоногих в арктических морях. Длина тела новорожденной нерпы — 55-60 см, вес — 4-5 кг. К шести месяцам нерпа обычно весит уже около 20 кг, достигая длины 80-90 см и даже метра.

Нерпа обладает всеми характерными признаками настоящих тюленей. Ее задние ласты не подгибаются вперед, а потому не могут служить для передвижения зверя на суше. Наружные ушные раковины отсутствуют. Относительно маленькая голова сидит на короткой, толстой, почти не сгибающейся шее.

Тело взрослого зверя покрыто короткой, прямой и жесткой шерстью без подшерстка. У новорожденных — относительно длинная и густая белая шерсть; — это белек. В возрасте 1-2 месяцев происходит смена шерстного покрова (линька), и у молодой нерпы появляется шерсть взрослого зверя. Окрас взрослого зверя очень своеобразен и изменчив — от светлосерого (серебристого) до почти черного. По бокам тела обычно расположены светлые кольца, часто группирующиеся в более или менее правильные ряды. Брюхо почти всегда окрашено светлее, чем спина. Встречаются особи с большим развитием кольчатого узора, а иные — почти без него.

Период спаривания — лето, главным образом май-июнь, но выражен не ярко; он начинается, очевидно, раньше и кончается позже. Ход спаривания и поведение зверей в этот период изучены крайне слабо. Многочисленные наблюдения разных районах полярной зоны указывают, что спаривание, вероятно, в подавляющем большинстве случаев происходит на льду. Срок беременности — около восьми месяцев. Щенение происходит в марте-апреле на льду, в снежном логове среди торосов. Самка приносит одного детеныша. Ход в логово идет из воды через лаз, устраиваемый нерпой во льду. Снаружи логово покрыто снегом. Первые дни новорожденный не идет в воду. Самка кормит детеныша молоком примерно до полутора месяцев. Нерпа питается разнообразной мелкой рыбой (в основном — сайкой) и многочисленными ракообразными.

Линька взрослого зверя происходит во второй половине лета (июнь июль). В это время нерпа неохотно идет в воду, предпочитая находиться на льду. Продолжительность линьки не выяснена; очевидно, не менее 2-3 недель.

Будучи распространена в прибрежных водах, нерпа никаких заметных кочевок или миграций не совершает. Ее следует считать относительно "оседлым зверем"; небольшие передвижения нерпы зависят главным образом от ледовых условий. Жизнь нерпы тесно связана как с водной стихией, где она добывает пищу, так и с воздушной средой и льдами. Максимальный срок пребывания нерпы в воде примерно восемь минут, а в среднем четыре-шесть, после чего она должна вынырнуть и набрать новый запас кислорода. Несмотря на приспособленность тела нерпы к водной среде (иногда она даже спит на воде), зверь все же нуждается в отдыхе на суше. Этой "сушей" для нерпы является лед. На льду у трещин и промоин, у продухов и лазов, которые она сама устраивает и поддерживает, или просто на кромке льда, нерпа отдыхает, линяет, щенится.

Когда зимой образуется мощный береговой припай, нерпе трудно поддерживать открытым отверстие во льду — оно быстро затягивается молодым льдом. Однако тонкий лед нерпа пробивает свободно. Проникая через такое отверстие, чтобы подышать, или вылезая на лед, нерпа придает этому отверстию почти правильную круглую форму. По мере наращивания льда оно часто превращается в небольшую дырку, обмерзшую сверху в виде своеобразного купола. Таким продухом зверь пользуется только для дыхания. Отверстия для вылезания на лед, называемые часто "лазами" или "лазками", нерпа обычно устраивает в более тонком льду, а также в подвижном, где много трещин. В торосах, рядом с лазом, звери устраивают и свои снежные логова. Нерпы предпочитают ложиться на большие ледяные поля и береговой припай, нежели на отдельные, небольшие, свободно плавающие льдины. На подлинную сушу, на берег, нерпа выбирается очень редко — лишь при отсутствии ледяных полей в прибрежных водах. Выходя на сушу, она отдает преимущество низким, отлогим берегам, галечным косам, "кошкам" и другим подобным местам.

Как указывалось, нерпа держится вдоль берегов, предпочитая относительное мелководье. В глубь полярного бассейна, на большие глубины, нерпа попадает только случайно с плавающими ледяными полями. Преследуя рыбу, поднимающуюся из моря вверх по течению рек, нерпы нередко заходят довольно далеко на юг. Так, автор встретил нерпу в августе на Енисее — около Подкаменной Тунгуски. Распространенная во всех морях нашей полярной зоны, нерпа нигде, однако, не образует больших массивов, стад, залежек. Как правило, звери держатся в одиночку или группами из двух-трех особей. Приходилось наблюдать на сравнительно небольшой площади ледового поля значительное количество нерп, лежащих на расстоянни от двух до десяти метров одна от другой. Это отнюдь не стадо, а лишь временное скопление зверя на удобной для отдыха льдине, что наблюдается особенно часто в период линьки.

Из органов чувств у нерпы, как почти у всех морских зверей, хорошо развиты слух и обоняние, а зрение значительно хуже. Это имеет весьма существенное значение для промысла.

Нерпу нельзя относить к вредным животным, хотя она и питается главным образом, рыбой; на огромные запасы рыбы в полярных морях это не оказывает сколько-нибудь заметного влияния.

Главные враги нерпы в воде — грозный хищник морей косатка и полярная акула, а на льду — белый медведь, для которого нерпа является основной пищей.

Из-за отсутствия массового промысла добыча нерпы относительно невелика. Запасы этого зверя могут быть использованы значительно шире.

И в воде, и на льду нерпу добывают с помощью огнестрельного нарезного оружия — различных винтовок среднего и более крупного калибра.

Нерпа часто выныривает, поднимая над водой голову, а иногда и всю переднюю часть туловища до передних ласт. Пробыв несколько мгновений таком положении, нерпа опускается обратно в воду, большей частью задом. Эти мгновения используются стрелком. Целить нужно непосредственно в голову, так как только попадание в мозг смертельно для зверя. Важнейшая особенность охоты на нерпу в воде заключается в том, чтобы не дать убитому зверю утонуть. Хорошо упитанная, с достаточно большим слоем подкожного жира, убитая нерпа довольно долго не тонет. Однако такой упитанной она бывает лишь поздней осенью и зимою; убиваемая же весною или летом почти сразу тонет. Раненый, особенно тяжело раненный, зверь уходит под воду и там погибает, не доставаясь охотнику. Поэтому необходимо бить зверя наповал; выстрел в череп — наиболее верный.

Опытные охотники-полярники рекомендуют стрелять по зверю не в первый момент появления его головы над водой, когда он выдыхает воздух, а уже после того, как зверь набрал запас свежего воздуха и готов погрузиться в воду. Убитая в этот момент, нерпа лучше держится на плаву. Во всех случаях застреленного на воде зверя нужно как можно скорее чем-либо поддеть и закрепить; для этого употребляют обычные багры, гарпуны и "закидушки" (см. ниже). Надо стрелять по зверю в воде, особенно когда он погружается, с возможно близкого расстояния, чтобы успеть взять его с помощью гарпуна или иного приспособления.

Охотясь со шлюпки или байдарки, используют следующий метод. Обнаружив показавшуюся и нырнувшую обратно нерпу, направляют к этому месту лодку. Заметив ее, нерпа обязательно вынырнет еще раз — более близко: незнакомый предмет и звуки привлекают внимание зверя. Если нерпа вынырнула далеко от шлюпки, ее "подманивают" свистом или постукиванием палкой по борту лодки. Однако вынырнув вторично поближе и учуяв опасность, нерпа уходит. Преследовать ее в воде бессмысленно.

Широко распространена охота у кромки припая. Сюда доставляют небольшую легкую лодочку. Продвигаясь по льду вдоль кромки, охотники останавливаются у места, где появляются в воде нерпы. Удобно устроившись, охотники выжидают зверя, причем один сидит наготове в лодочке у самой кромки. Как только нерпа застрелена, он сразу берет ее на гарпун и буксирует к кромке, где добычу вытаскивают на лед. Это очень интересная охота, хотя некоторая часть подбитых зверей и пропадает.

Добыча нерпы на льду, когда она лежит возле промоин, лазов и трещин, требует большого умения и знания повадок зверя; на льду он более осторожен, чем в воде. Нерпа лежит почти у самого края трещины, лаза или промоины всегда головой к воде, куда мгновенно соскальзывает при малейшей тревоге. Она часто поднимает голову и прислушивается — нет ли опасности? В ясные солнечные дни нерпы иногда удаляются на несколько метров от воды. Пригретые солнцем, звери впадают в дремоту, и тогда к ним легче подкрасться. Нерпа часто лежит на спине, время от времени почесываясь передними ластами и приподнимая голову.

Подкрадываться к лежащей нерпе необходимо против ветра, учитывая, что она ориентируется главным образом обонянием и слухом. Для маскировки охотники употребляют щит, обтянутый белой материей (см. выше описание песцового промысла). Иногда маскировочный щит делают в виде темного силуэта лежащей нерпы. Автор успешно применял белый маскировочный халат. Многие промышленники успешно скрадывают зверя, подползая к нему без всякой маскировки. В этом случае подползающий охотник своими движениями подражает нерпе. Особенно удачной бывает охота вдвоем, когда один на достаточно далеком расстоянии, встав во весь рост, привлекает внимание зверя необычными движениями рук и звуками; охотники-ненцы в таких случаях напевают монотонную песню. Лежащую на льду нерпу надо бить только в голову наповал, иначе она, даже тяжело раненная, мгновенно уйдет под лед. Случаи, когда раненая и ушедшая в воду нерпа вскоре опять появляется на том же месте, крайне редки. Иногда зверь ложится так близко от воды, что голова его находится у самого края трещины или лаза, и даже убитый наповал он по инерции соскальзывает в воду.

Иные охотники в восточной части полярной зоны нередко подкарауливают нерпу у лаза и добывают ее гарпуном. Этот способ требует большой выдержки и терпения.

Несколько слов о добыче нерпы сетями. Там, где рыбу ловят ставными сетями, в них часто запутывается нерпа. В ряде мест летом и осенью устанавливают сети специально на нерпу; их ставят у берега — там, где зверь часто гоняется за рыбой. Одним концом веревки сеть закрепляют на берегу, другим на якоре в море. Сама сеть представляет собой поперечную стенку с крыльями, также поставленными на якоря. Продвигаясь вдоль берега и уткнувшись в сеть, нерпа пытается ее обойти и, попав в угол, образованный стенкой и крылом сети, запутывается. Обычный размер ячеек сети для нерпы — 15 х 15 см. Высота и длина сети зависят от условий места лова, она должна простираться от поверхности моря почти до самого дна, а длина сети определяется техническими возможностями ее установки и извлечения из воды.

Применяют также лов нерпы небольшой сетью, которую ставят в лазах, используемых зверем для выхода на лед. Сеть вяжут из тонкого нерпичьего ремня или другого материала в виде трехстенного мешка. Ее устанавливают под льдом у лаза с таким расчетом, чтобы зверь мог свободно выйти на лед, но, ныряя обратно в воду вниз головой, попал бы в отверстие мешка и запутался.

Добытую нерпу разделывают следующим образом. Перевернув тушу на спину, острым ножом делают разрез по брюху от нижней губы до корня хвоста (разрезают кожу и подкожный слой жира — до мяса). Передние и задние ласты обрубают вместе со шкурой у основания, на месте передних ласт образуются два отверстия. Затем шкуру снимают вместе с подкожным слоем жира, отворачивая и подрезая все время ножом. Далее шкуру обезжиривают, удаляя с нее острым ножом весь слой жира. С одного взрослого зверя снимают, в зависимости от упитанности (она изменяется по временам года и индивидуально), до 18 кг жира. Вес сырой (парной) шкуры взрослой нерпы, в среднем, 4-5 кг, в отдельных случаях — до 6 кг.

Снятую и хорошо обезжиренную шкуру консервируют. Для промышленной заготовки ее посыпают крупной солью со стойроны мездры и в таком виде держат около двух месяцев. При наличии большого количества шкур их складывают стопками — волос к волосу. Просоленные шкуры можно паковать в тюки.

В Арктике широко применяют и другой способ — пресно-сухой. Хорошо очистив шкуру от жира, мяса и пленки, ее растягивают на раме или стенке для сушки. Достаточно высушенную на воздухе нерпичью шкуру можно долго хранить; она пригодна для изготовления различной одежды, обуви и хозяйственного снаряжения. Шкуру стараются снять как можно скорее, иначе она портится и теряет прочность. Шкуры, с которых не снят жир, солить нельзя. Нерпичий жир укладывают в специальные бочки.

Как указывалось, добыча нерпы носит преимущественно индивидуальный характер, что дает возможность полярникам широко развить этот промысел. Специфика охоты придает ей также большой спортивный интерес.

Ларга — обыкновенный, или пятнистый тюлень

К кольчатой нерпе очень близок пятнистый тюлень — ларга, встречающийся во всех северных морях.

Этого тюленя часто называют пестрой нерпой. Будучи распространен в северных водах Атлантического (европейский подвид) и Тихого (подвид — тихоокеанская ларга) океанов, он встречается также в Чукотском и частично Восточно-Сибирском морях. По величине ларга крупнее нерпы. Длина тела взрослого животного — около полутора метров, крупные особи достигают двух метров. Вес взрослого зверя примерно 100 кг. Ларга резко отличается от нерпы окраской: по желтовато-палевому или сероватому фону разбросаны многочисленные темные пятна; тон основного фона окраски и пятен, а также их размер, конфигурация и распределение бывают разными. Главная, почти единственная пища — рыба. Держится ларга, как и нерпа, в прибрежных водах и за рыбой заходит далеко вверх по течению рек. Биология этого зверя и его повадки в основном сходны с нерпой. Однако ларга не делает лазов во льду и снежных логов, избегает больших ледовых припаев и сплоченных льдов. В отличие от нерпы, она часто ложится на берегу, и на этих лежбищах возможен массовый промысел.

Детеныш появляется на свет и на берегу, и на льду, почти сразу он может итти в воду. В конце лета, после периода линьки, который ларга проводит на льду, собираясь иногда в значительных количествах, звери образуют стада, кочующие вдоль берегов. В остальное время года ларга, как и нерпа, встречается преимущественно в одиночку и небольшими группами. Способы ее добычи не отличаются от промысла нерпы.

Полосатый тюлень — крылатка

В восточной части Советской Арктики встречается еще один вид тюленя с очень оригинальной окраской — полосатый тюлень, известный также под названием крылатки и млодарки. Величина взрослого зверя — 1,5-2 м, вес достигает 100 кг. Основной фон окраски: у самцов темнобурый, у самок буровато-серый. Отличительные признаки крылатки — белые, резко очерченные полосы, расположенные в виде колец у основания шеи и в конце туловища перед началом задних ласт, а также в виде эллипса по бокам туловища. У новорожденных в течение нескольких недель пушистая белая шерсть. Полосатый тюлень встречается в Чукотском море редко и преимущественно одиночными особями или небольшими группами, а в Восточно-Сибирском море еще реже. Автору известны два случая появления тюленя у восточного побережья Новосибирских островов. Биология и повадки этого зверя изучены очень мало, но в основном образ его жизни, очевидно, сходен с нерпой. Методы охоты — такие же, как и на нерпу.

Беломорский лысун

В Западном секторе Советской Арктики распространен вид тюленя, являющегося объектом крупной промышленной добычи, производимой со специальных судов. Это беломорский лысун, иначе называемый гренландским тюленем или "кожа". Взрослые лысуны достигают зимою веса 200-250 кг, а в среднем весят около 150 кг. Длина их тела — от 160 до 200 см, В среднем 170-180 см; у новорожденного около 90 см. Самки несколько мельче самцов. С упитанного зверя получают 50-60 и даже до 100 кг жира.

Окрас и характер шерстного покрова имеют ряд возрастных стадий. У новорожденного шерсть относительно длинная, пушистая и белая, с желтовато-зеленоватым отливом; это — белек, или зеленец. Такой наряд сохраняется, примерно, в течение месяца. Шкурка белька лысуна, так же как и нерпы, используется главным образом на поделку воротников и шапок. Примерно в трехнедельном возрасте начинается линька. В период, когда невылинявшая белая шерсть торчит клоками, зверя называют "хохлушей". Потеряв окончательно пушистую шерсть, он переходит в стадию "серки", а затем "серуна". В это время основной фон окраса серый, с темными пятнами; эту окраску зверь сохраняет до двухтрехлетнего возраста. Самки в этой стадии уже половозрелы. Далее, в течение одного-двух лет, они постепенно приобретают окончательный окрас взрослого зверя — светлосерый основной фон, с темно-коричневой окраской головы и такими же большими, вытянутыми пятнами полулунной формы на боках — "крыльями". Самка лысуна носит название "утельга". Самцы "серуны" почти сразу приобретают окончательный окрас взрослого зверя — "крылана". Половой зрелости самцы достигают в возрасте около четырех лет. Период спаривания март-апрель, после окончания самками молочного кормления детенышей. Продолжительность беременности — около одиннадцати с половиной месяцев. Детеныши рождаются во второй половине февраля - начале марта прямо на льду (логово отсутствует). Во время щенения звери образуют во льдах так называемые детные залежки, достигающие огромных размеров. Самки кормят детенышей около трех недель. В этот период, пока у детенышей еще пушистая шерсть и недостаточно накоплен подкожный жир, они в воду не идут.

Лысун образует большие стада и на залежках, и во время своих ежегодных правильных кочевок-миграций.

Зиму он проводит в районе Белого моря. Здесь возникают на льдах детные залежки, происходит спаривание, а потом образуются массовые (по много тысяч голов) линные залежки зверей обоего пола и разного возраста.

В начале лета стада зверей двигаются вместе со льдами на север. Летний ареал лысуна — восточная часть Баренцова и западная часть Карского моря; одиночные особи заходят на восток до Северной Земли, но в море Лаптевых проникают редко. Осенью, в сентябре-октябре, стада лысуна начинают двигаться на юг, в районы Белого моря, где и проводят зиму.

Взрослые звери питаются главным образом рыбой. Ракообразные и моллюски занимают незначительное место в питании взрослого лысуна. Молодые звери, переходящие на самостоятельное питание после материнского молока, наоборот, питаются преимущественно ракообразными и моллюсками.

В прибрежных водах лысун появляется очень редко. Поэтому индивидуально на него не охотятся. Лысуна добывают попутно с промыслом нерпы и лахтака (морского зайца).

Морской заяц (лахтак)

Морской заяц (лахтак) — самый крупный из всех тюленей, встречающихся в Арктике. Длина тела взрослых зверей достигает 2,5 м; наиболее часто попадаются звери длиной около 2 м. Вес взрослого зверя от 250 до 350 кг. Средний вес парной шкуры — 15-20 кг. С одного зверя получается до 100 кг жира. Самки несколько мельче самцов. Длина тела новорожденного несколько более 1 м, а к осени уже 170-180 см. Шкура лахтака покрыта редким и грубым волосом, что лишает возможности использовать ее как меховой товар. Зато толстая и очень прочная кожа прекрасное кожевенное сырье.

Окраска лахтака более светлая на брюхе и более темная на спине, в основном — серо-бурого тона. На этом фоне выделяются более светлые морда и горло, а также несколько пятен на спине, не всегда ясно выраженных. У молодых зверей иногда бывают нечеткие пятна по бокам туловища. Новорожденные в течение месяца имеют более длинную, мягкую и пушистую шерсть темнобурого цвета.

Морской заяц распространен во всех морях нашей полярной зоны. Он придерживается прибрежных вод, а также относительно неглубоких мест. Встречаясь всюду вдоль берегов арктического побережья, лахтак здесь нигде не собирается в большом количестве. Стад и лежбищ он не образует; известны только временные осенние лежбища лахтака вне пределов полярной зоны — в Охотском и других дальневосточных морях. Наиболее часто он встречается в одиночку или парами. Лахтак в основном оседлый зверь, но отмечаются его местные передвижения, связанные с ледовыми условиями и временем года.

В отличие от нерпы, он питается преимущественно донными беспозвоночными — моллюсками, голотуриями и мелкими ракообразными. Рыба, чаще всего сайка, также нередко попадает в желудок лахтака, хотя ее удельный вес в питании морского зайца невелик. Именно характером питания и способом добычи пищи (он роется в илистых и мягких грунтах морского дна) объясняется сильное развитие вибрисс на верхней губе лахтака, образующих столь типичные для него пышные усы.

Спаривание происходит на льду в течение всего лета, но преимущественно в апреле-мае. Срок беременности — примерно 11-11,5 месяцев. У лахтака, как и у многих других ластоногих, в первые месяцы после спаривания имеет место так называемая скрытая беременность, когда зародыш не развивается. Самки с начавшими развиваться эмбрионами встречаются главным образом с конца июля, а в отдельных случаях (очевидно, при более раннем спаривании) и раньше.

В период спаривания звери держатся парами. Самцы и самки издают характерные звуки, начинающиеся свистом и переходящие под конец в звук, напоминающий рев сирены. Можно наблюдать, как звери играют в воде, гоняясь друг за другом. В это время лахтак теряет свою обычную осторожность.

Самки в апреле-мае приносят по одному детенышу. Щенение происходит прямо на льду в — снежных логовах, устраиваемых обычно в небольших торосах (как и у нерпы). Подобно другим тюленям самка лахтака кормит детеныша только до смены пушистой шерсти на обычный покров, т. е. около месяца. В этот период детеныши в воду идут крайне неохотно, а, попав в нее, в большинстве случаев, очевидно, погибают; это объясняется, вероятно, их мягкой и пушистой намокающей шерстью и недостаточным слоем подкожного жира. К концу питания материнским молоком количество подкожного жира резко возрастает. Темпы роста (особенно прибавление в весе) молочных детенышей лахтака, как и других полярных ластоногих, очень высокие. Отдельные наблюдения показывают, что нередко среднесуточный прирост превышает килограмм. Самка в период лактации очень привязана к своему детенышу. При появлении около него человека она уходит в воду, но держится рядом, все время выныривая и издавая беспокойные звуки, подплывает к краю льдины и заглядывает на нее. Стоит отойти на 15—20 м, и самка сразу вылезает на лед, приближается к детенышу, обнюхивает и переворачивает его передними ластами.

В июле-августе у лахтака происходит линька. Этот период звери проводят на льду; в воду они идут крайне неохотно и только будучи вспугнутыми. В полярной зоне лахтак редко ложится на берегу, предпочитая ледяные поля и отдельные плавающие льдины. На сплошной припай он ложится менее охотно, а чаще вдоль кромки. В больших полях и на припае лахтак, как и нерпа, редко делает лазы, а для выхода на лед пользуется трещинами, промоинами и полыньями. У берега северо-восточного Таймыра автор, однако, убил лахтака, лежавшего у лаза в сплошном ледяном припае; несколькими днями раньше тут же была добыта нерпа.

Основные враги морского зайца: на льду — белый медведь, а в море — косатка и полярная акула.

Наиболее успешна охота на зверей, лежащих на льду, так как в воде убитый морской заяц обычно тонет почти моментально. На льду он лежит, держа голову почти у самой кромки, и при опасности мгновенно уходит в воду. Его скрадывают, пробираясь по льду между торосами; применяют маскировочный халат или белый щиток. Можно также подойти на лодке. У лахтака, как и у всех ластоногих, особенно хорошо развиты слух и обоняние, а потому следует подходить к зверю против ветра и очень тихо, стараться не греметь уключинами, веслами, снаряжением, лучше всего подойти под парусом.

Если стрелок, промахнувшись, сохраняет спокойствие и ни чем себя не выдает, зверь подчас не пугается звука выстрела и только прислушивается, а то и вовсе не обращает внимания. Другое дело, если пуля ударилась в лед рядом со зверем; в большинстве случаев это сразу спугивает его. Если неподалеку или рядом лежат два-три лахтака, очень важно первого из них убить наповал. Его неподвижная туша не вызовет подозрения у других зверей и даже подействует на них успокаивающе. Но стоит лишь одному соскользнуть в воду, как за ним сейчас же последуют другие, хотя бы они лежали даже за 30-50 м.

В воде лахтак чувствует себя смелее, и на шлюпке нетрудно подойти к нему на выстрел.

В подавляющем большинстве случаев спугнутый со льдины или встретившийся в воде и нырнувший лахтак через одну-три минуты снова выныривает почти на том же месте. При этом он, как и нерпа, высовывает из воды голову и переднюю часть туловища. Заметив нырнувшего лахтака, шлюпку немедленно направляют на это место; лахтак нередко выныривает вторично как раз возле шлюпки, и тогда охотник бьет из винтовки, а другой бросает в него гарпун, чтобы убитый зверь не утонул. Лахтак, раненый не смертельно, обычно через минуту-другую опять показывается на поверхности, но уже несколько в отдалении. Загарпуненный раненый зверь уходит на глубину до 20-25 м, а затем выныривает; он редко уходит в сторону по прямой, а обычно мечется на одном месте. При вторичном выныривании его добивают выстрелами. Так как стреляют в голову, очень часто пуля, скользнув по черепу, лишь оглушает зверя; он теряет ориентировку и, даже не загарпуненный, несколько раз выныривает на одном и том же месте, не обращая внимания на шлюпку с людьми. Получивший ранение не в голову и не загарпуненный зверь обычно уходит под водой на далекое расстояние и пропадает для охотника.

Высунувшись из воды и ныряя обратно, лахтак почти всегда переворачивается и опускается вниз головой. При этом на поверхности показывается на мгновение спина и задняя часть туловища с ластами. Так же ныряет раненый и тонет убитый зверь. Поэтому не следует метать гарпун в область головы, где он часто соскальзывает, а надо стараться угодить в спину или в заднюю часть, куда гарпун легко входит. Если зверь убит около самой шлюпки, очень часто удается схватить руками задний ласт и удержать тушу на плаву. Так как убитого лахтака, особенно взрослого, втянуть в лодку очень трудно (да и не к чему), ножом прорезают отверстие в одном из ластов и пропускают туда веревку, на которой и буксируют зверя; этот способ применим ко всем ластоногим.

Морской заяц может попасть в сети, установленные на нерпу. Это обычно учитывают при расчете прочности сетей. Весьма успешно охотятся на лахтака, применяя гарпунное ружье.

Снять шкуру зверя нужно вскоре же после добычи; в противном случае она испортится.

Снятие шкуры и разделку туши убитого лахтака производят двумя способами: пластом — как снимают шкуру с нерпы (см. выше) или "кругами". Последний способ применяют, когда желают изготовить ремни и ременные веревки, широко используемые в полярном хозяйстве для собачьей упряжи, увязки нарт и т. п.

Сущность этого способа заключается в следующем. На туше делают пять-шесть круговых надрезов кожи и подкожного слоя жира. Затем, подсовывая нож под образовавшиеся кольца, отделяют кожу и жир от туши. Отдельные кольца передней части туловища снимают через голову, задней рез хвост. Далее кольцо выворачивают кожей вниз и состругивают с него жир. В некоторых районах вырезают ремни из шкур, снятых пластом. Во всех случаях пользуются сырой (не просушенной) шкурой. Чтобы получить материал для подошв, ее сушат (после обезжиривания) в распяленном виде на воздухе. Как подошвенный материал для мягких полярных сапог (летних и зимних), шкура лахтака не имеет себе равных и ценится очень высоко.

Продолжение — Промысел морского зверя - II