Вдоль берегов Новой Земли II

Крестовая губа — губа Машигина

Мы прошли мимо Сульменевых губ — южной и северной, не заходя в них. С борта судна были видны два ледника южной Сульменевой губы, разделенные цепочкой гор с многочисленными вершинами, сплошь покрытыми снегом.

Это были первые крупные ледники, встреченные нами. Один из них носит название "Шумный". Русанов пишет, что в годы его посещений Новой Земли большое количество льдин с шумом откалывалось от этого ледника, уплывая в море, почему он и получил свое название.

Снега и льда в Сульменевых губах гораздо больше, чем мы встречали до сих пор, и можно считать, что здесь в этом смысле происходит перелом по сравнению с бухтами, расположенными южнее. Отсюда начинается пейзаж более арктического характера с преобладанием снега и льда в ландшафте.

Подробнее: Вдоль берегов Новой Земли II

На новоземельских берегах

Губа Белушья

Что привело нас на Новую Землю? Маршруты в Белушьей.
Мыс Соколова. Антраксолит. Минералогические отвесы. Весенняя тундра.

В первых числах июля 1973 года я начал свои новоземельские геологические исследования маршрутами в районе губы Белушьей, прилетев сюда из Архангельска. На Южный остров Новой Земли нас привели прошлые работы на Вайгаче и Пай-Хое. Там мы установили ряд интересных зон различной минерализации, которые, казалось, тянулись сюда, на Новую Землю. А как можно было понять из не очень-то богатой новоземельской геологической литературы, на Южном острове Новой Земли встречались и ранее многочисленные проявления флюорита, медно-цинковой минерализации, очень похожие на вайгачские. После предварительной обработки вайгачских материалов у нас выработалась определенная схема минералогической зональности. Интересно и важно было проверить эту схему на Новой Земле, Южный остров которой представляет собой вторую половину одной и той же геологической структуры — Вайгач-Южноновоземельского антиклинория.

Поэтому-то в течение предшествующей зимы мы провели энергичную деятельность, чтобы организовать и подготовить Новоземельскую экспедицию. В подготовку экспедиции мы в полной мере вложили прошлогодний вайгачский опыт коллективной работы, и общий план работы экспедиции был во многом прошлогодний.

Подробнее: На новоземельских берегах

На новоземельских берегах (окончание)

В бухтах залива Рейнеке

Опять Железные Ворота. Каменная банка.
Залив Рейнеке. Бухта Мутафи. Бухта Северная. Сфалерит. Медведи.

К середине дня пошел холодный дождь, поднялся крепкий ветер. Оставаться в Каменке, однако, не имело смысла, и мы решили рискнуть пересечь губу Логинова при высокой волне. Подбрасывало крепко, но губу проскочили удачно и вышли к знакомым уже Железным Воротам. Может быть, как раз потому, что путь уже был знакомым, шли не так внимательно и с разгона наскочили на каменную банку. "Дора" села килем на плоский камень, чуть скрытый водой, а вокруг камня такая глубина, что дна не видно. И вся банка состоит из таких огромных камней, рассыпанных на достаточно глубоком месте.

Что делать? Пробовали сняться, работая винтом, — "дора" стоит мертво. Шесты не помогают. И ждать нечего. Сейчас самый высокий прилив, а дальше положение будет только ухудшаться. Я соскочил на камень и стал ходить вокруг "доры". Хорошо бы сейчас подвести домкрат, но домкрата нет. Потом я нащупал расщелину в камне как раз под килем "доры". Подвел через нее под киль толстую доску и стал раскачивать лодку, работая доской как рычагом. И лодка как-то неожиданно, сразу соскочила с камня. Я едва успел зацепиться за борт. Пока меня протащило по воде, набрал полные сапоги воды. Но это чепуха, главное — лодка снова качалась на воде. Отталкиваясь баграми от камней, ушли подальше от банки и только тогда запустили двигатель.

Подробнее: На новоземельских берегах (окончание)

Картина снежной бури

Ночь на привале — Картина снежной бури.—Обед под снегом.— Убежище в снегу.— Приключения. — Отчаянное положениe и выход.

Заснувши крепко съ вечера, я проснулся только въ полночь,и то потому, что не могъ выдержать какой-то тяжести, которая меня давила, и холода, который морозилъ мои ноги. Согнавши съ себя собакъ и подобравши въ малицу ноги, я снова погрузился было въ сонъ, но сна прежняго уже.не было. Меня теперь беспокоили: то ветеръ, который, забравшись какимъ-то образомъ въ малицу, бродилъ тамъ и щокоталъ тело, то храпъ соседа, то nepeбегавшие по мне псы. Сонъ заменился какой-то тяжелой дремотой; с горъ доносился порою явственно гулъ ветра, словно тамъ шумелъ водопадъ; но въ долине еще было тихо, и только по временамъ туда забегалъ вихрь, рылся в платье и забегалъ ко мне подъ теплую одежду. Мои соседи тоже что-то ворочались и ворчали. Передъ утромъ сонъ взялъ свое, и я проснулся только тогда, когда страшно замерзли ноги и въ малице стоялъ настоящш морозъ. Это меня сразу подняло на ноги.

Подробнее: Картина снежной бури

Заполярный курорт

Проблема широкого использования естественных сил природы как наиболее совершенных форм лечебного и профилактического воздействия на организм человека — одна из актуальных проблем на путях к социализму.

Разведки и пути социалистической стройки легли в песках Кара-Кума, прорезали льды Арктики, прошли вершины Памира, проникли в стратосферу. Прокладываются пути к огромным производительным силам и богатствам природы. На этих новых путях встречаются и могут иметь огромное значение и лечебные силы природы. Врачебно-исследовательская мысль не всегда поспевает за исключительными темпами общего хода работ по изучению и освоению новых краев и областей. Но значение лечебных ресурсов природы настолько велико и общеизвестно, что эти ресурсы не ускользают от внимания исследователей и других специальностей. Так, при пробеге Москва — Кара-Кум — Москва научной частью пробега (т. Семевский) было обращено внимание на лечебно-климатические возмжности оазисов пустыни, имеющих ряд преимуществ перед лечебными местами Египта и нашими почечными курортами в Средней Азии (Али-Байром). Величайшие победы наши в изучении и освоении Арктики заставят и врачебно исследовательскую мысль перешагнуть полярный круг, оценить и использовать особенности и преимущества далекого Севера в деле оздоровления трудящихся.

Подробнее: Заполярный курорт

Русская Гавань. Базовое становище на Новой Земле.

Поморы облюбовали этот залив архипелага Новая Земля для морского промысла в Баренцевом море задолго до его появления на картах. Позже здесь размещалось промысловое становище и советская геофизическая полярная станция, укреплённая артиллерийскими позициями во время войны

В конце XVI века здесь проплывали корабли экспедиции Виллема Баренца, но не заметили входа в удобный залив. Возможно, он был так забит льдом, что вход в него казался мореплавателям продолжением суши, покрытой спускающимся к морю ледниковым щитом. Но всё же голландцам принадлежит честь открытия восточного входного мыса в Русскую Гавань, который они назвали мысом Утешения. Этот топоним является самым старым на карте залива.

Подробнее: Русская Гавань. Базовое становище на Новой Земле.

С пургой наедине

По образованию я радиотехник, мне 23 года. После окончания в 1972 году Ленинградского Арктического училища меня направили на Диксон, а затем на полярную станцию Мыс Желания, где я проработал более двух лет. Наиболее яркие впечатления остались у меня после первого года зимовки ...

Еще на Диксоне меня предупреждали, что Мыс Желания — едва ли не самое вьюжное место во всей Арктике. Здесь сталкиваются два моря, Баренцево и Карское, с различными климатическими особенностями и температурными режимами. Ветры дуют у мыса почти постоянно, достигая зачастую ураганной силы. Основное направление — вест-норд-вест, из одного моря в другое. Поэтому все здания на станции выстроены именно в этом направлении, чтобы создать вьюгам наименьшее сопротивление, сохранив таким образом больше тепла в помещениях. К постоянному "дутью" скоро привыкаешь и уже 8-12 метров в секунду не считаешь за ветер. А максимальную силу здешних ветров мне "посчастливилось" испытать в самом начале зимовки.

Подробнее: С пургой наедине